Сергей Шмотьев, генеральный директор ФОРЭС
Почему ставка была сделана на производство пропантов
В конце 1990-х российская промышленность жила в режиме ручной сборки будущего. Старые цепочки уже рассыпались, новые только появлялись. В одних отраслях спасали то, что осталось от советской школы, в других приходилось буквально нащупывать рынок руками.История ФОРЭС относится ко второму случаю. Компания появилась в Свердловской области в 1998 году, когда нефтегазовая отрасль уже нуждалась в технологических расходных материалах для добычи, а почти весь объём таких материалов завозился из-за рубежа. До 1998 года пропант в Россию поставляли преимущественно из Северной Америки – собственного производства нужного качества в стране не было.
Керамические пропанты – это небольшие прочные гранулы, которые используют при гидравлическом разрыве пласта. Для человека со стороны это звучит как узкая техническая деталь. На практике без таких «деталей» трудно работать с месторождениями, где нефть или газ залегают в низкопроницаемых породах.
Сергей Шмотьев, основатель и генеральный директор ФОРЭС, сделал ставку именно на эту нишу. Не на массовый товар, который легко объяснить покупателю, и не на быстрый оборотный бизнес, а на промышленный продукт для сложной отрасли. Здесь мало придумать идею. Нужно сырьё, технология, лаборатория, производство, контроль качества и заказчик, который готов проверять продукт не по красивой презентации, а по результату на скважине.
Для Урала такая задача была не случайной. Регион имел промышленную базу, инженерные кадры и доступ к сырью. Поэтому производство пропантов в Екатеринбурге и на соседних площадках стало не абстрактным импортозамещением, а вполне предметной инженерной задачей: как сделать российский материал, который выдержит давление, сохранит форму и будет работать в нефтяном пласте.
Что такое керамические пропанты и почему без них невозможна современная нефтедобыча
Гидравлический разрыв пласта обычно описывают просто: в скважину под давлением закачивают жидкость, в породе появляются трещины, через них нефть или газ легче поступают к стволу скважины. Но сама по себе трещина долго открытой не останется. Порода давит обратно.Вот здесь и нужны пропанты. Пропант – это расклинивающий агент. Его задача – попасть в образовавшиеся трещины и удерживать их раскрытыми. Можно сказать грубо: это маленькие опоры внутри пласта. Только работают они не в здании, а глубоко под землёй, под высоким давлением и в сложной химической среде.
Раньше в качестве расклинивателя широко использовали песок. Он дешевле, но не всегда подходит для сложных условий. Керамические пропанты прочнее, имеют более предсказуемую форму и размер, лучше выдерживают нагрузку. Для нефтяников это важно: чем стабильнее ведёт себя материал в пласте, тем понятнее результат работы скважины.
С развитием трудноизвлекаемых запасов значение таких материалов выросло. По разным оценкам, их доля в России достигает 60%, и для работы с ними нефтегазовые компании наращивают число операций гидроразрыва пласта. По этому показателю страна занимает второе место в мире после США, а объём потребления расклинивающих агентов за последние годы вырос в разы.
Поэтому пропанты – это не второстепенная расходная часть. Это один из элементов технологии добычи. Если они не выдерживают нагрузку, дробятся или плохо распределяются в трещине, эффективность всей операции снижается. А цена ошибки в нефтедобыче, как правило, заметно выше цены самого материала.
Как ФОРЭС под руководством Сергея Шмотьева развивал собственные технологии
ФОРЭС начал развивать производство на Урале, где рядом были и сырьевые источники, и промышленная инфраструктура. Для компании важным решением стало использование магнийсиликатного сырья. В отличие от алюмосиликатных пропантов, для которых нужны бокситы и каолины, магнийсиликатная сырьевая база в регионе была ближе к производственным площадкам.Это снижало зависимость от внешних поставок и транспортных расходов. Но наличие сырья само по себе ещё ничего не решает. Его нужно подготовить, измельчить, сформировать гранулы, обжечь, отсеять фракции, проверить прочность и стабильность характеристик.
Производство пропанта выглядит довольно буднично только на словах. В реальности это цепочка, где нельзя махнуть рукой ни на один этап. Если гранулы получаются слишком тяжёлыми, их сложнее доставить в нужную зону пласта. Если недостаточно прочными – они разрушаются под давлением. Если форма далека от сферической – хуже пропускают поток.
Поэтому развитие ФОРЭС постепенно ушло не просто в сторону наращивания объёмов, а в сторону технологии. Когда компания выходила на рынок, государственного стандарта на магнийсиликатный пропант ещё не существовало – он появился только в 2011 году, и был разработан именно под продукт, который к тому моменту уже производила компания. Параллельно ФОРЭС получал патенты, работал над снижением насыпного веса гранул и совершенствовал контроль качества.
Сейчас у ФОРЭС несколько производственных площадок в Свердловской области: в Асбесте, Сухом Логу, Каменске-Уральском и Курьях. Головной офис расположен в Екатеринбурге. В открытых источниках также упоминаются научный и учебный центры компании.
Такой набор важен сам по себе. Производство сложного промышленного материала невозможно держать только на закупленном оборудовании. Нужны люди, которые понимают, как ведёт себя сырьё, как меняются требования нефтяников и почему одна небольшая корректировка в технологии может потом сказаться на работе скважины.
Готовая продукция ФОРЭС перед отправкой заказчикам. Фото: сайт компании
Как устроен российский рынок пропантов сегодня
В истории российских пропантов есть важный момент: речь шла не просто о замене иностранного товара отечественным. Если бы задача сводилась только к тому, чтобы «сделать своё», этого было бы мало. Нефтяным компаниям нужен не патриотичный продукт, а рабочий.Российский рынок довольно быстро стал требовательным. С 2013 года нефтяные компании начали вводить собственные стандарты к расклинивающим агентам – иногда более жёсткие, чем общий ГОСТ. Производителю в такой ситуации нельзя однажды запустить линию и дальше жить спокойно. Приходится постоянно дорабатывать продукт.
При этом ФОРЭС на рынке не одна. В России производством пропантов занимаются и другие компании. Конкуренция в этой нише не декоративная: производители спорят за патенты, за долю поставок и за доверие нефтяников, для которых смена поставщика – это не маркетинговое решение, а вопрос надёжности на конкретной скважине.
Именно это делает историю ФОРЭС интересной не только как корпоративный сюжет. Она показывает, как в промышленности появляется новая технологическая ниша: сначала есть зависимость от внешних поставок, затем появляются локальные производители, потом рынок предъявляет новые требования, а дальше начинается длинная инженерная работа и конкуренция между теми, кто эту нишу занял.
Для нефтегазовой отрасли в целом наличие нескольких отечественных производителей пропантов снижает несколько рисков сразу: вопросы поставок, логистики, адаптации материала под российские месторождения и возможность быстрее реагировать на запросы заказчиков.
В промышленных отраслях независимость редко выглядит торжественно. Чаще она выглядит как склад сырья рядом с заводом, лаборатория, смена в цехе, патент на технологический узел и специалист, который знает, почему вчерашняя партия прошла испытания лучше сегодняшней. Не очень парадно. Зато по делу.
Кадры и территория: зачем промышленному предприятию учебный центр
Крупное промышленное предприятие редко существует отдельно от территории. Особенно в регионах, где завод – не просто место работы, а часть городской экономики. Производство пропантов держится не только на сырье и оборудовании, но и на людях, которые умеют с этим оборудованием работать – а таких специалистов на открытом рынке немного.Поэтому ФОРЭС развивает собственный корпоративный учебный центр и сотрудничает с профильными колледжами в городах присутствия – Асбестовским политехникумом и Сухоложским многопрофильным техникумом. Логика здесь прикладная: заводу нужны кадры под конкретные производственные задачи, а готовить специалиста под реальное рабочее место эффективнее, чем переучивать его после найма.
Это тоже часть отраслевой специфики, а не только корпоративная инициатива: в технологическом производстве, где ошибка на одном этапе сказывается на всей партии, квалификация персонала – такой же производственный фактор, как качество сырья. Социальные программы предприятия – поддержка медицинских учреждений региона, помощь образовательным проектам – логично продолжают эту же задачу: удерживать связь с городами, где компания работает десятилетиями, а не один сезон.
Что показывает опыт ФОРЭС для российской промышленности
История ФОРЭС и решения, которые на разных этапах принимал Сергей Шмотьев, интересны не столько тем, что один предприниматель создал компанию. Таких историй в России много, просто не все попадают в публичное поле. Гораздо важнее другое: на этом примере видно, как появляется промышленная компетенция целиком.Сначала рынок зависит от внешнего продукта. Потом находится ниша, где можно использовать местное сырьё и инженерную базу. Затем появляется технология, производство, патенты, заказчики, требования к качеству, новые стандарты, конкуренция между производителями и собственная школа специалистов. Это не быстрый путь и не история одной компании – это то, как вообще складывается импортозамещение в сложных технических нишах.
Пропанты – отрасль, о которой обычный читатель вряд ли задумывается каждый день. Но без подобных нишевых производств большая экономика не складывается. Нефтедобыча зависит не только от скважин, буровых установок и трубопроводов. Она зависит и от небольших керамических гранул, которые должны выдержать давление там, куда человек никогда не спустится – и от того, что в России в принципе появились компании вроде ФОРЭС Сергея Шмотьева, способные эти гранулы делать.
