Вспомнить всё: о том, как в Санкт-Петербург возвращалась история вместе с забытыми именами

Наверняка горожане постарше помнят ту осень 1991 года, когда Петербург как будто начал заново знакомиться сам с собой. Сначала Ленинград 6 сентября 1991 года снова стал Санкт-Петербургом: этот город не называли так с 1914 года. А потом, примерно через месяц, на карте города стали одно за другим появляться давно забытые, но все так же родные названия: Сенная площадь, Троицкий мост, улицы Гороховая, Миллионная, Фурштатская, Галерная… И вместе с этими названиями всплывали истории, с ними связанные.

Фото: по лицензии CC0 Pxhere.com

Конечно же, вопрос не возник из ниоткуда: необходимость восстановления исторической топонимики обсуждалось достаточно активно еще с конца восьмидесятых. Но именно в 1991 году от слов перешли к делу: создали Топонимическую комиссию, в которую вошли историки, филологи, архитекторы, краеведы и другие специалисты, и поставили перед ней задачу: определить, какие названия заслуживают возвращения как имеющие историческую ценность.

В итоге 4 октября 1991 года было принято решение Совета народных депутатов города № 314 «О восстановлении исторических названий городских объектов», которым городу возвращалось 43 исторических названия: паркам, садам, мостам, каналу, переулкам, площадям, проспектам и улицам. И в этом числе были очень интересные объекты, которые под своими историческими названиями сами успели стать историей.

Гороховая улица

В числе прочих, улица Дзержинского была переименована в Гороховую: именно под этим историческим названием она прославилась в городских легендах и литературных произведениях и вошла в историю как одна из самых атмосферных и мистических улиц Санкт-Петербурга. Кроме того, это одна из трёх улиц, лучами расходящихся от башни Адмиралтейства (еще Невский и Вознесенский проспекты), то есть часть «адмиралтейского трезубца».

Своим названием улица обязана, по одной из версий, купцу Горохову, который от рождения был немец и фамилия его изначально звучала как Гаррах, и вот на этой улице он держал богатую лавку.

Известна Гороховая также и тем, что персонажи целого ряда русских писателей жили именно здесь:

• у Достоевского в романе «Идиот» Парфён Рогожин живет на Гороховой у Садовой,
• у Гончарова «В Гороховой улице, в одном из больших домов, народонаселение которого стало бы на целый уездный город, лежал утром в постели, на своей квартире Илья Ильич Обломов»,
• у Чернышевского в «Что делать?» выросла Вера Павловна — «…в многоэтажном доме на Гороховой, между Садовым и Семеновским мостом».

На этой улице жил Гоголь и именно здесь располагается самый известный в русской литературе адрес: Гороховая №10 — адрес княгини Голицыной, ставшей для Пушкина прообразом старой графини из «Пиковой дамы».

А ещё на улице Гороховой жил и провёл свой последний день Григорий Распутин в 1916 году.

Миллионная улица

Возвращение названия этой улицы тоже не прошло незамеченным: оно всколыхнула целый пласт воспоминаний и ассоциаций, ведь буквально каждый дом на Миллионной улице имеет свою историю. Это была не просто красивая улица, это было городское пространство, тесно связанное с аристократией Петербурга, императорским двором.

Уже из самого названия понятно, что дома на этой улице строили непростые. Появилась улица в 18 веке, сначала её именовали Большой улицей, потом Немецкой, потом Греческой, а вот когда граф Петр Борисович Шереметев построил здесь дом, поражавший своей роскошью современников, дом прозвали «Миллионным», а затем это название «прилипло» и ко всей улице. Интересно, что название писалось с одной буквой «л» вплоть до 1874 года: это можно увидеть на картах 18 и 19 веков и у Пушкина в «Евгении Онегине»: «Да дрожек отдалённый стук / С Мильонной раздавался вдруг…»

Миллионная улица — ровесница Санкт-Петербурга, она ведёт свою историю с самых первых лет существования города и фигурирует как Большая уже в императорском указе 1715 года. Зимний дворец Петра I находился на этой улице, здесь жили придворные и представители высшей знати, которые буквально были свидетелями петровских преобразований. В 1760—1780-х годах именно на Миллионной выстроили Мраморный дворец для фаворита императрицы Екатерины Великой Григория Орлова, а в 19 веке на этой улице жили представители императорской семьи: здесь располагались Ново-Михайловский дворец великого князя Михаила Николаевича, запасной дворец великого князя Владимира Александровича, греческая королевская миссия. В советский период с 1918 года и до 1991 года она называлась улицей Халтурина в память о революционере Степане Халтурине, том самом, который в 1880 году устроил взрыв в Зимнем дворце с целью покушения на императора Александра II.

Большая и Малая Конюшенные

Вернули себе исторические названия эти две улицы: Большая Конюшенная после революции именовалась улицей Желябова, а Малая Конюшенная — улицей Софьи Перовской.

На нынешней Конюшенной площади располагались придворные императорские конюшни, затем был построен Конюшенный двор, так что свою историю, к примеру, Большая Конюшенная ведет аж с 1730-х годов.

На Большой Конюшенной жили Тургенев и Римский-Корсаков, в одной из гостиниц на этой улице останавливался Достоевский. И, кстати сказать, именно на Большой Конюшенной располагалась одна из самых знаменитых гостиниц Санкт-Петербурга: гостиница «Демут», в которой останавливалось огромное количество высокопоставленных персон и знаменитостей.

Это всего лишь несколько примеров того, какой большой пласт истории перевернуло в 1991 год возвращение исторических имен самому городу и его улицам и другим объектам.

Тогда же вернулись в обиход горожан Фурштатская (улица Петра Лаврова), Шпалерная (Воинова) и Галерная (Красная). Площадь Мира вновь стала Сенной, проспект Майорова вновь стал Вознесенским, проспект Газа — Старо-Петергофским, а Кировский проспект – Каменноостровским.

Тогда же проспект Максима Горького вновь назвали Кронверкским проспектом, а ведь это название в своё время было дано проспекту в честь внешнего укрепления Петропавловской крепости, кронверка, так что в этом названии была частица фортификационной истории города.

Тогда же вернули название Троицкой площади, в советские годы называвшейся площадью Революции, а также название Никольской площади, которую называли площадью Коммунаров. Оба этих исторических названия были связаны с названиями соборов — Троицким и Никольским.

Никольский собор. Фото: Dušan veverkolog on Unsplash

Исторические названия вернули себе пять петербургских мостов: Троицкий, Пантелеймоновский, Силин, Харламов и Сампсониевский мосты. На карте города вновь появились Екатерининский, Юсуповский, Лопухинской сады и Удельный парк.

Всего — 43 имени, и за каждым — своя история. Её возвращение не означало отказа от советской эпохи: история Ленинграда осталась в названиях улиц и площадей, связанных с революцией, советской историей, нелёгкими блокадными месяцами. Ленинград остался частью города, но теперь уже вместе с Санкт-Петербургом и Петроградом.