Совсем не сказочная жизнь оформителя русских сказок. Вспоминая И.Я. Билибина

Для многих поколений имя Ивана Яковлевича Билибина перекликается с чудесным миром русской народной сказки и с образом Древней Руси. Созданный Билибиным стиль проявляется от скромной северной деревушки с её мотивами деревянного зодчества до праздничного великолепия царских палат и роскошных одеяний бояр. Этот стиль можно увидеть и в книжной графике, и в театральных декорациях.

Борис Михайлович Кустодиев, «Портрет художника И. Я. Билибина» (фрагмент), 1901 г., общественное достояние

Однако художник сердился, если манеру его письма называли исключительно русской. «Вообще не думайте! – восклицал он. – Что я только русский штиль и есть! Отнюдь нет!» Сюда можно добавить то, что его работам в одинаковой мере присуща и строгая красота русского сарафана, и яркость разноцветных шелков восточных женщин, и рафинированное изящество европейской одежды. Каким бы странным это ни казалось, но в воображении этого удивительного человека легко уживались православный, католический, мусульманский, иудейский миры… Он оставался выдающимся иллюстратором русских народных сказок и в то же время делал зарисовки к западноевропейским произведениям. Он без труда передавал «экспрессивно-орнаментальный» стиль индийских новелл Р. Киплинга, философскую возвышенность Г.Х. Андерсена, озорство французских приключенческих романов и многое другое.

В связи с этим хотелось бы добавить, что развивать фантазию художнику помогало коллекционирование. А коллекционером Иван Билибин был страстным. С большой любовью он собирал и хранил старинные русские костюмы, иконы, арабские статуэтки, глиняные фигурки Древнего Египта, чешские писанки (пасхальные яйца). Все эти вещицы находили отражение в его эрудиции, отображали разносторонность творческих ориентиров.

Умение правильно услышать национальную мелодию того или другого народа органично соединялось у художника с глубоким знанием истории, искусства, этнографии, археологии. Это был фундамент его творчества, на котором утверждался художественный метод, который позже назовут «билибинским стилем». Иван Яковлевич стал первым, кто в картинах стал соединять геометричность и реалистичные сюжеты. Впрочем, кто-то всегда бывает первым.

У порога творческих исканий…

Будучи совсем маленьким, Ваня Билибин стремился рисовать природу. Он очень любил ходить в лес, в поля, слушать пение птиц, радовался цветущим растениям. Поэтому первые его рисунки, сделанные ещё неумелой рукой, отражают стремление запечатлеть красоту и совершенство природы. А дальше от небольших фрагментов – птичек, цветов – он постепенно перешёл к мотивам улиц, домов, берегов реки и даже к портрету. Рисовал юный Ваня исключительно карандашом, не решаясь взяться за масляные краски. Первый раз он попробовал силы в новой, доселе неизвестной ему технике, в 13 лет. Ему понравилось, но ещё долго после этого он отдавал предпочтение именно карандашным зарисовкам.

Окончив школу, он долго раздумывал, где продолжить образование. Отец, военный врач, настаивал на продолжении выбранного им когда-то пути, но Ваню не прельщала медицина. От военной же карьеры он и подавно был далёк, поэтому решил поступить учиться на юридический факультет. Завершив двухгодичный курс обучения, молодой человек уехал в Мюнхен. В то время там работал Антон Ашбе, уроки которого Иван Билибин начал посещать с куда большей охотой, чем университетские лекции. Учитель настаивал на том, чтобы его слушатели как можно чаще посещали выставки, поскольку, как он сам говорил, эти посещения не пройдут даром. Однако этот период жизни пролетел очень быстро, и Билибин осенью снова вернулся в Петербург, чтобы начать трудиться юристом.

И всё-таки посещение галерей и уроки Ашбе сделали своё дело: Билибин решил посвятить дальнейшую жизнь рисованию. Так и не начав работать по специальности (а возможно, из него получился бы неплохой юрист), Билибин стал учиться в мастерской Ильи Репина. Несомненно, ему был дан талант, однако нужен был наставник, который сумел бы развить этот талант в нужном направлении. Поступив в Академию художеств, Билибин почти не появлялся на занятиях. Всё время он проводил в мастерской, совершенствуя приёмы рисования. Впрочем, это не мешало ему блестяще сдавать экзамены.

Поворотный момент в творчестве

Посещение выставки работ Васнецова в 1898 году очень сильно воодушевило Ивана Яковлевича. Особенно сильное впечатление на Билибина произвела картина «Богатыри». Позднее художник вспоминал, что после выставки он был потрясен и чувствовал, что нашел то, к чему стремилась его душа. Вдохновленный этим открытием, он создал две акварельные иллюстрации к сказкам «Царевна-лягушка» и «Сказка об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке», стремясь воплотить в них свои внутренние переживания.

Билибин Иван Яковлевич, «Вольга с дружиной», 1902 г., общественное достояние

Правда, нашлись злые языки, которые начали судачить о том, что Павел Третьяков обходит стороной картины Билибина. Уж кто-кто – а владелец известной на всю Москву галереи точно знал толк в живописи. И тем не менее, в выставочных залах работы Билибина не появлялись. Зато они привлекли внимание государственного ведомства, занимавшегося изданием сборника русских народных сказок. Билибину предложили стать иллюстратором этого сборника, предоставив ему четыре года на выполнение задачи. Иван Яковлевич полностью посвятил себя этому проекту. Не жалея себя, он работал над иллюстрациями, забывая про обед и сон. Благодаря такому самоотверженному труду, он в сжатые сроки создал иллюстрации к сказкам «Перышко Финиста — Ясна сокола», «Царевна-лягушка», «Об Иване-царевиче, Жар-птице и о Сером волке» и «Марья Моревна».

Публикация этих иллюстраций принесла Билибину широкую известность как сказочного иллюстратора. Специалисты не могли не отметить изящество орнаментальных деталей и яркость цветовой палитры, в то время как менее искушенная публика была восхищена мощью и выразительностью созданных им образов.

Это достижение окончательно утвердило за ним репутацию ведущего иллюстратора русских сказок. Правда, как уже было сказано выше, Билибину не были чужды и восточные мотивы при оформлении книг. Просто так получилось, что русские сказки он иллюстрировал чаще, чем другие произведения.

Родина для него была превыше всего

В 1907 году Иван Яковлевич начал свою преподавательскую деятельность, обучая графическому искусству в школе, призванной развивать художественные таланты. Именно там его застали драматические перемены 1917 года. Спасаясь от революционных событий, он сначала нашёл убежище в Крыму, а затем перебрался в Новороссийск. Однако Гражданская война сделала эвакуацию неизбежной, и художник оказался в… Египте.

На новом месте ему пришлось изменить направление своего творчества: он начал разрабатывать эскизы для фресок и панно, выполненных в византийском стиле. Через несколько лет Билибин обосновался в Париже. Там ему представилась возможность заниматься оформлением декораций для постановки классических русских опер. Так, в его творчестве переплелись многие темы и разные течения, стили. Казалось, этот талант мог проиллюстрировать всё. И всё же, несмотря на огромный успех, которого он достиг в живописи, заграница мало прельщала его. Тоска по родине никак не отпускала художника.

Билибин Иван Яковлевич, Эскиз титульного листа к программе «Борис Годунов. Музыкальная драма Мусоргского», 1908 г., общественное достояние

И недаром! В Советском Союзе творческий путь Билибина получил признание. Узнав об этом, художник, после некоторой нерешительности, вернулся в свой родной город, который к тому времени назывался Ленинградом. В Ленинграде он получил должность преподавателя во Всероссийской академии художеств. Студенты с восторгом вспоминали, как их наставник, Иван Яковлевич, мог на спор создавать замысловатые орнаменты с закрытыми глазами, причём получавшиеся узоры отличались безупречной каллиграфией. Художник уже планировал организовать персональную выставку, открытие которой было намечено на сентябрь 1941 года, однако этим планам не суждено было сбыться. Началась Великая Отечественная война.

Осенью 1941 года, во время эвакуации из Ленинграда, Билибин принял решение остаться в городе. Своё решение он объяснил наркому просвещения словами: «Из осаждённой крепости не бегут, её обороняют». Он остался верен своему слову, защищая культуру своей страны, воплощая её на бумаге и не расставаясь с кистью до последнего.

На Смоленском кладбище Санкт-Петербурга установлен памятный камень, на котором высечено: «Здесь покоятся погибшие в блокаду 1942 года профессора Академии Художеств». Первым в списке упомянутых знчится Иван Яковлевич Билибин. Великий русский художник ушёл из жизни 7 февраля 1942 года. Причина — истощение от голода. Однако его наследие пережило века. Миллионы людей, как детей, так и взрослых, хранят в памяти картины мастера, а образ художника-сказочника стал бессмертным.