Слагаемые характера Людмилы Чурсиной

Когда на экране появляется Людмила Чурсина, зритель невольно замирает, глядя на эту актрису с потрясающей строгой русской красотой и уникальной энергетикой, которая притягивает, завораживает и не отпускает. Как завораживает и не отпускает её взгляд, за которым — характер, сплавленный из бескомпромиссной честности, глубокого внутреннего достоинства и той самой, исконной женской стойкости, на которой веками держалась наша земля. И чтобы понять, из чего складывался и как шлифовался этот характер, нужно заглянуть за кулисы её жизненного пути, где велениями Судьбы боль превращалась в мудрость, а случайности — в великое предназначение.

Людмила Чурсина. Кадр из фильма «Два билета на дневной сеанс», киностудия «Ленфильм», 1966 г.

Не просто «дитя войны», а рождённая в самом её эпицентре

«Дети войны». Когда говоришь о судьбе Людмиле Чурсиной, это словосочетание обретает пугающий, абсолютно буквальный смысл. Она не просто «дитя войны», она родилась в самом её эпицентре, в самом пекле, когда новорождённому ребёнку выжить было просто нереально.

Людмила Алексеевна родилась ровно через месяц после начала Великой Отечественной, 20 июля 1941 года. Мать её, Геновефа Ивановна, была молоденькой медсестрой и родила дочку практически в поле, в наскоро оборудованном медсанбате. Сама Людмила Алексеевна вспоминала об этом:

«Знаете, я имею право сказать, что родилась в рубашке. Я появилась на свет в первый месяц войны, мама меня рожала в поле во время бомбёжки. Хотя в документах написано место моего рождения Душанбе, но мама туда не доехала, а меня родила по дороге».

Тысячи беженцев спешно оставляли город Великие Луки, и среди них — мама будущей актрисы. Так что первым, что увидела новорождённая девочка, было небо, затянутое дымом пожарищ. И уже на следующий день мать с завёрнутой в пелёнки девочкой продолжила дорогу в эвакуацию. Колонна беженцев попала под бомбёжку немецкой авиации, а когда дым от взрывов рассеялся, мать с ужасом поняла, что ребёнка рядом нет. В панике она бросилась искать свою новорождённую дочку и услышала тонкий детский плач, раздававшийся со стороны картофельного поля. Там, среди грядок, она нашла младенца. Это было настоящим чудом: ребёнок оказался невредим. До безопасного Сталинабада добрались измученными, и только там зарегистрировали факт рождения Людмилы. Именно поэтому в графе с местом рождения значится этот город. Хотя на самом деле место рождения Людмилы Чурсиной — война, поле боя.

Вообще, история её семьи удивительна. Мама всю жизнь проработала медиком, отец был кадровым военным, и вся их семейная жизнь так или иначе была связана с опасностью, войной, скитаниями по городам и весям. После войны семье удалось воссоединиться только в 1946 году, да и потом пришлось попутешествовать, каждый раз осваивая новые места: Тбилиси, Батуми, Камчатка, Чукотка, и снова родные Великие Луки. Но, видно, настоящей любви и не такое пережить по плечу — родители Людмилы Чурсиной прожили вместе 61 год, пронеся нежность друг к другу через многие десятилетия.

Этот невероятный жизненный старт, рождение под бомбежками, навсегда вписали в характер Людмилы Чурсиной код выживания, стойкости и невероятной жизненной силы.

У Судьбы свои планы

Глядя на экранную Людмилу Чурсину, даже мысли не допускаешь, что у неё когда-то могли быть сомнения по поводу своей внешности или таланта. А ведь были. И сама бы она в профессию целенаправленно не пришла, но у Вселенной были на неё определённые планы.

Чурсина и сама это понимала, говоря:

«Артисткой стать и не мечтала. Бог наградил меня шикарными ролями. Сегодня я понимаю, что это самое настоящее актёрское счастье сыграть Любовь Яровую, Анфису Козыреву в картине «Угрюм-река», колдунью Олесю по дивной повести Куприна. Тысячи актрис мечтают об этом, а мне всё судьба сама дала».

По её собственному признанию, Людмила Чурсина с детства мечтала о балете, но, взрослея, увлекалась серьёзными предметами, точными науками. Грезила о том, как вырастет и будет строить самолёты или, к примеру, водить корабли. Да и внешность у неё была, по её собственному мнению, совсем не артистическая.

«Сама была длинная, нескладная, по моему ощущению — некрасивая, даже стыдилась смотреться в зеркало. Тогда каноны советской красоты были иные: маленькие, сбитые бабёнки, из серии «кровь с молоком». А у меня рост 178 см. Это мне казалось ужасом. Я постоянно сутулилась, ходила едва ли не в комнатных тапочках. Но характер всегда был». 

А потом вмешался Его Величество Случай: отправившись в Москву и надеясь поступить в МАИ (Московский авиационный институт), попробовала, просто так, за компанию с подругой, сдать экзамены ещё и в театральный — во ВГИК или в ГИТИС. Тем более, что в театральных вузах вступительные экзамены начинались раньше, чем во всех других институтах. И, как частенько бывает в таких случаях, подругу не приняли, а вот Людмила Чурсина поступила в ВТУ имени Б. В. Щукина.

Главную для каждой женщины роль так и не сыграла

Воспитанная на примере беззаветной любви матери к ней самой и к сестре Эвелине, на всепобеждающей любви своих родителей друг к другу, Людмила Чурсина всегда считала главной ролью для каждый женщины — роль матери. Правда, ей самой исполнить эту роль в реальности так и не удалось.

«Хотя за это я заплатила очень большую цену, профессия перешибла счастье материнства. Большей роли, чем мать, для женщины природа не определила. Я всегда радуюсь за актрис, которые рожают детей. А у меня, скажем так, не сложилось».

Людмила, по её собственному признанию, была влюбчивой всегда, но романов на съёмках никогда не допускала. И всегда склонна была идеализировать любимого человека, но жизнь раз за разом снимала с неё розовые очки.

Людмила Алексеевна не считала себя красивой женщиной, но зато считала индивидуальностью, личностью, и этим знанием очень дорожила.

«Красота — это не носик, ротик, оборотик. Поэт Николай Заболоцкий очень точно сказал: «А что такое красота, сосуд в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде?». Если в человеке есть мерцающий свет или огонь, то он обязательно будет красив и притягателен. Возьмите Инну Чурикову, её красавицей назвать нельзя. Но в ней такой костёр внутри горит, что глаз от неё оторвать невозможно. Потому она и Инна Чурикова».

У Людмилы Чурсиной было несколько историй любви, каждая из которых оставила в её сердце глубокий след.

Первым супругом был кинорежиссёр Владимир Фетин. Людмила Алексеевна была второй его супругой, но для неё он был первым, а разрыв с ним — самым тяжёлым. Хотя брак свело на нет частое злоупотребление Фетина спиртным, с которым Людмила пыталась бороться, пока были силы.

«Когда разводилась с первым мужем режиссёром Александром Фетиным, на полном серьёзе хотела утопиться, на моё счастье, мои метания на одном из ленинградских мостов заметил проходящий мимо мужчина, сгрёб меня в охапку и привёз домой».

Вторым супругом Людмилы Алексеевны был учёный-океанолог Владимир Залитис, но брак просуществовал недолго — всего два года.

Кадр из фильма «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил», киностудия «Мосфильм», 1976 г.

Третий брак тоже не получился счастливым: третьим мужем Чурсиной стал сын Юрия Андропова Игорь, и от него актриса много раз уходила, потом возвращалась, пытаясь спасти брак. Но спасать, видимо, было нечего.

Так что идеалом любви, настоящей, супружеской, для неё остается любовь её родителей. Для Чурсиной приезд в отчий дом всегда был праздником. А материнскую любовь Геновефы Ивановны она всегда ощущала на себе, питалась ею, считала чудеснее и сильнее любой молитвы.

«Господь немного нарушил порядок в нашей семье. У меня была младшая сестра, Эвелина, на 10 лет моложе меня. Она ушла на 3 месяца раньше мамы. Я сразу не могла маме сказать, что Лины больше нет, звонила, говорила, что она лежит в больнице. После похорон поехала к маме, зашла в дом, и в голове у меня роились десятки сценариев, как ей все это сказать. Только начала что-то говорить, мама тут же перебила меня. «Я знаю, она умерла». Я онемела. Вот что значит материнское сердце».

Наверное, многие привыкли считать талант или красоту, данные при рождении, — главным подарком Судьбы. Но судьба Людмилы Чурсиной показывает нечто более важное: по-настоящему ценное судьба преподносит нам не сразу, а постепенно, с течением жизни. Те испытания, которыми она одаривает человека, потери, крушение иллюзий, эпизоды тяжёлого опыта, — всё это выковывает характер человека. И если талант или красота помогают открыть дверь, то именно характер, внутренняя сила, стойкость и мудрость, позволяют человеку войти в эту дверь и пройти по жизни, оставаясь собой и сохранив достоинство и свет в душе.