Сесть в свой поезд

18 марта

Петрова позвонила в четверг и заявила, что будет в их городе несколько дней, специально приедет, чтобы повидаться. В этом вся Петрова, которая, впрочем, давно уже не Петрова, а Зеленогорская — успешная женщина, живущая много лет в Канаде. Заграничный звонок лишил Марину последнего покоя.

Девушка разговаривает по телефону

Фото: depositphotos

Вот где, прикажете, ее принимать? В их двухкомнатной хрущевке даже раскладушку не поставить, каждый сантиметр на учете. Марина и с Виктором советовалась, тот лишь плечами повел. Она особо и не рассчитывала на помощь мужа, привыкла бытовые проблемы решать сама. Зашла в комнату мальчишек — Вася и Федя за мониторами, как всегда… Нет, сюда тоже раскладушка не влезет, да и где ее взять, неужели покупать на один раз, у них и без того с деньгами проблемы? И попросить не у кого, Марина и Виктор до сих пор чувствовали себя в этом городе чужаками, хоть и переехали сюда больше десяти лет назад. Родственников здесь не было, друзьями не обзавелись, разве коллеги, но Марина ничего не хотела просить у коллег.

Зачем это все нужно Ларке Петровой, что ей не сидится в своей Канаде? Марине было стыдно и за свою маленькую квартирку, в которой они так и не сделали ремонт, и за работу в пустой библиотеке, и за весь этот серый, угрюмый город, куда забросила ее судьба. Двенадцать лет назад, когда Марина, мучилась от неутихающей боли после развода с первым мужем, знакомство с Виктором казалось великим чудом, да и сам он был для нее чудом. И когда это чудо предложило переехать на другой конец страны, в мир радужных для него перспектив, она даже не сомневалась, да и что ее могло удержать, разве ранящие воспоминания?

Виктора, действительно, назначили главным инженером, дали эту квартирку. Вася и Федя появились один за другим. Но время шло, у предприятия, на котором трудился муж, начались проблемы. Зарплату сначала задерживали, потом снижали, пока та не сравнялась с минимальной.

Петрова перестала звонить, и Марина обрадовалась — мало ли, планы поменяла, но в следующую пятницу подруга позвонила вновь и сообщила, что живет в гостинице.

В гостинице? – удивилась Марина, — А разве у нас есть гостиницы?

Ну ты даешь, подруга, гостиница «Восторг» на улице Веселой. Как же у вас все оптимистично! Я могу выкрасть тебя и детей на выходные, я уже договорилась и сняла соседний номер, здесь вполне терпимо.  Нет, если твой Виктор хочет, он может присоединиться к нам, я не возражаю.

— Ты все такая же внезапная, но я подумаю до вечера, в любом случае, у меня рабочий день.

— Ах да, я же забыла, что вы работаете по пятницам!

— Вы? А вы не работаете?

— У нас законный выходной. Хорошо, я оформлю номер, подумаю, чем занять детей и вечером вышлю такси.

— Ларка, не надо такси, мы и сами можем приехать.

— У вас есть машина?

— Нет.

— Тогда это не обсуждается. Просто позвони и продиктуй, куда подъехать.

Марина и Лариса сидели за столиком в полупустом кафе гостиницы, за соседним столиком пировали Васька и Федька. Петрова пообещала мальчишкам новые телефоны за хорошее поведение, и те старались.

Гостиница оказалась настолько «терпимой», что Марина не могла отделаться от желания пожить здесь хотя бы месяц – двухкомнатные уютные номера, просторный холл с деревьями в кадках, словно и нет за окном серости робкого марта.

Какая-то ты стертая, подруга, — проговорила Петрова, рассматривая Марину. – Безумно уставшая и запутавшаяся.

— Это так заметно?

— Очень. 

Давай поговорим о чем-нибудь другом, расскажи о своей жизни.

А что ты о ней не знаешь, мы же постоянно переговариваемся по видеосвязи. Ты же помнишь, что я работаю психологом? А я ведь хороший психолог, ко мне очередь на месяц вперед.

— Да ты что? – искренне удивилась Марина.

- Я учу людей разговаривать с собой, понимать себя.

— Звучит как психиатрическое отклонение.

— Вот! Сейчас ты расписалась в своих проблемах. Я здесь всего несколько дней, но я могу тебе помочь.

— В чем? Реанимируешь завод Виктора или научишь зарабатывать столько, чтобы я не думала только о том, чем кормить семью?

— Маринка, а давай попробуем, ведь все может измениться, если ты позволишь себе стать собой.

— А давай попробуем, но только учти, не верю я в это шаманство.

— А и не верь, просто делай, что скажу. Договорились?

— Договорились. Хитрая ты, сначала вино, а потом обещание беспомощной девушки, — рассмеялась Марина.

Детей отправили в номер, выдав по коробочке с айфоном.

— Им будет, чем заняться, — лукаво подмигнула Ларка в ответ на сетования на дороговизну подарков. – Ты же помнишь, что я успешный психолог, для меня это вовсе не дорого. Приступим? Суть моего метода, впрочем, конечно, не моего – работа со сновидениями.

— Со сном? Гадание что ли?

— Можно и так сказать, но это не гадание, это диалог с подсознанием. Ты помнишь свои сны?

— Иногда.

—  Есть такой, что ты помнишь подробно?

— Пару дней назад я видела, что пытаюсь куда-то уехать на поезде, но постоянно что-то мешает: то я вещи дома забываю, то поезд ломается, то на моем месте сидит совсем другой пассажир.

— Ах как хорошо! Твое подсознание не просто готово к диалогу, оно умоляет о нем. Методика, в самом деле проста, ты и сама легко справишься. Но чтобы не посягать на твои тайны, я буду приводить тебе примеры из своей практики. Первое, что попрошу – записывать сны в самых мельчайших подробностях. Вот давай, - Ларка откуда-то достала лист бумаги и ручку, — напиши этот свой сон, желательно в той последовательности, что снился, хотя бы первый фрагмент.

Марина послушно писала, как она бежит по перрону, ищет вагон, находит его перед самым отправлением и видит, что она без сумки, сумка осталась дома.

— Что ты чувствовала, когда бежала?

— Страх, страх, что не успею.

— А куда ты ехала?

— Не помню, я просто знала, что мне обязательно надо ехать.

— Обязательно или хотела?

Марина задумалась.

— Хотела, мне кажется. Да, хотела, будто возвращалась домой.

— Что почувствовала, когда поняла, что не уедешь?

— Отчаяние, жалость к себе, нежелание возвращаться за сумками.

— А какие они были, забытые сумки?

— Да самые обычные – полосатые, дешевые торбы «челночников».

— А теперь давай попробуем выстроить ассоциации. Поезд?

— Путь, жизнь, дорога, развитие…

— Молодец. Перрон?

- Решения, желания, мысли…

— Хорошо. Опоздание?

— Невозможность изменить что-то, жизнь, из которой выпала. А сумки, скорее всего, обязательства, суета. Ты знаешь, мне понравилось.

— Постарайся делать это как можно чаще, концентрируйся на ощущениях, читай себя.

— Ты же обещала рассказать что-то из практики.

— Была у меня клиентка,  у нее проблемы с мужчинами. Понимаешь, там немного спокойнее относятся к браку, не так как у нас, но женщины везде женщины, всем хочется счастья. Так вот, у нее никак не складывались длительные отношения. Ухоженная, обеспеченная, настоящая женщина, при этом доброжелательная. Долго рассказывать не буду, мы с ней несколько месяцев работали, пока она не осознала причину. Отец ушел от них, когда ей было четыре года, она его и не помнит. Мать начала пить, но главное, она все время ругала отца. И этот страх перед мужчинами закрыл мою пациентку, она боялась длительных отношений.

— И как она поняла?

— Увидела во сне воздушного змея, они запускали его с отцом. Поняла, что змей этот вызывает только негативные эмоции, от него хотелось спрятаться.

— А ведь метод понятный.

— Да, но требует системы. В конце концов, я всегда на связи, — рассмеялась Ларка. – Пойдем, посмотрим, что наши непоседы делают.

В понедельник Марина провожала Ларису.

— Слушай, а почему ты приехала? – спросила она уже стоя у вагона.

— Супруг мой ехал в Россию, ему надо быть в столице, а я решила навестить подруг, пользуясь случаем. Переживала за тебя, Маришка.

— Не переживай, мой поезд обязательно уедет со мной, — ответила та.  – Спасибо тебе, Ларка.


19 марта ежегодно отмечается Всемирный день сна
Постер дня
Автор рассказа - Елена Гвозденко
Елена ГвозденкоСпециально для Журнала Calend.ru