Прогулки по Санкт-Петербургу

2 ноября

Полина всегда знала, что в Санкт-Петербург надо ехать в разгар осени, на переломе, когда еще радует позолота опадающих листьев, но в воздухе уже застыла монументальность тоски – извечного вдохновения художников. И вот уже десять лет подряд девушка откладывает все свои дела и приезжает в город на Неве 2 ноября, в День международного признания Санкт-Петербурга. Странный праздник, не совсем понятный, но точно попадающий в нерв города. Какая-то сила тянула Полину в этот город именно осенью, и вот теперь определили дату, в этот день Россия стала империей, а Петр I императором. Именно с этого знаменитого памятника Петру Полина и решила начать свою экскурсию. Она приходила сюда каждый свой приезд, Медный всадник на Сенатской – средоточие энергии северной столицы. И каждый раз у подножия гранитного пьедестала ее ждало чудо.

Фото: Depositphotos

В прошлый раз это была маленькая девочка, с интересом рассматривающая фигуру императора. Удивительно, но девочка была одна, Полина хотела было спросить, где взрослые, но малышка посмотрела на нее огромными голубыми глазами и произнесла:

— Лошадка Лиза хочет ускакать.

— Лиза? Почему Лиза? Где твои родители?

Но девочка уже не слышала, она бежала навстречу пожилой женщине, вероятно, бабушке.

Странно, совпадение или девочка знала, что лошадь под Петром – любимый жеребец Лизетта, купленный им у купцов за сто голландских червонцев. Странное имя он дал в честь девушки-служанки при дворе Саксонского короля. Что там было у Петра с этой Лизеттой остается лишь догадываться, но лошадь была своевольная, хозяина слушалась, а остальным не давалась. Прослужила Петру десять лет, а после смерти из нее сделали чучело, которое хранится в Зоологическом музее.

Но почему девочка сказала, что лошадка хочет ускакать? По одной из легенд, каменный Петр снился некоему Батурину, который утверждал, что пока император стоит над городом – городу нечего опасаться.

В этот раз к Полине подошла пожилая женщина.

— Все стоит «Всадник Апокалипсиса», — сказала она.

— Почему «Всадник Апокалипсиса»? – удивилась девушка.

— Когда его открыли в 1782 году, памятник так называли старообрядцы. Большая сила в нем, дочка, да только силу эту питать надо.

— Чем?

Старушка не ответила, лишь рассмеялась каким-то мелким, рассыпчатым смехом.

Удивительный город, темное зеркало Невы в трещинах волн, дочка ее — Мойка в гранитном платье, магия питерских отражений, воздух, добирающийся до души.

Санкт-Петербург, Ленинград, Петроград, Петрополь, Петрополис и даже младенческое Питербурх. Улица Репина — самая узкая улочка славного города, всего шесть метров, здесь постоянно снимают фильмы.

Полина бродила по знакомым улицам, навещала каналы и мосты, посмотрела в лицо фараона Аменхотепа, увековеченное в скульптуре сфинкса на берегу Невы. Сфинксы Петербурга – копии египетских, и только два на Университетской набережной были привезены историком Андреем Муравьевым. Аменхотеп III создал в Египте темный культ, и на постаментах имеются какие-то заклятия.

Мистический, манящий Санкт-Петербург, то ли люди, то ли призраки минувшего, как же Полину пьянил его воздух. Утром следующего дня девушка вернулась на вокзал, она увозила с собой несломленный дух удивительного города.


Календарный повод для статьи — 2 ноября 1721 года Петром I был принят титул императора России, эта дата считается Днем международного признания Санкт-Петербурга

Елена Гвозденко
Елена ГвозденкоСпециально для Журнала Calend.ru