Как Сашка от жены ушел, а та его вернула

10 декабря

Новость, что Сашка Панин ушел от своей Инки, облетела деревню быстро, не просто ушел, а подался в «сектанты». «Сектантами» в деревне называли жителей хутора в восьми километрах от их деревни. Только теперь это был вовсе не маленький хутор, а большой поселок. Появился он лет двадцать назад, с двух приехавших откуда-то из центральной России молодых семей. Они заняли заброшенный хутор, в котором не было даже света. Деревенские все гадали, когда этим «столичным штучкам» надоест жизнь в захолустье, спорили, что зиму точно не протянут, с их морозами и без центрального отопления, но к удивлению, городские задержались. Добились, чтобы к ним снова протянули провода, которые давно уже деревенские соседи отнесли в пункт приема металла, сами очистили колодцы и зажили.

Деревня

Фото: pixabay.com

Через год в селе приезжих застучали топоры, городские строились. И незаметно хутор разрастался, туда съезжались все новые и новые люди. Сейчас это было довольно большое поселение, со своим парком сельскохозяйственных машин, небольшой фермой и даже домом культуры. На вечера, что устраивали сектанты, иногда бегала деревенская молодежь, но возвращались разочарованными.

— Скучно там, ни танцев нормальных, ни музыки, все книжки читают да под гитару поют, — говорили деревенские, добавляя, что и с алкоголем там строго, даже пива не выпить.

А Сашка Панин у них завсегдатай был, он и с Олеськой своей разошелся из-за этого, уж больно жене не нравились его побеги.

— Представляешь, — делилась она с подругой, — я его уговариваю, давай, мол, в выходной в город съездим, по магазинам прогуляемся, в кафе посидим, киношку посмотрим, а он ни в какую, тянет то в лес, то на речку. А что я на этой речке не видела – комары да мухи. Или разбудит рано утром, я-то думаю, соскучился, а он во двор тянет. В небо рукой показывает, говорит, посмотри, рассвет какой, а ты чуть не проспала. Ну нормально, да?

Пара распалась, Олеся осталась в их доме, а Сашка уехал в город. Да только недолго ездил, через полгода вернулся в деревню с Инкой. Деревенские шушукались, а Олеська на всех углах кричала, что не проживут они много, сами увидите, ему не жену, ему книжки Бунина подавай. Так и вышло, через полгода оставил он свою Инну и подался к поселенцам. Все ждали, что Инка поплачет, да вернется в свой город, а та вдруг в библиотеку отправилась. Каждую неделю таскала томики Бунина, пока все его книжки не прочла. А потом пришла к соседу и попросила отвезти ее к Сашке. Жена соседа принялась, было, уговаривать, а та достала тетрадку и прочла:

— «Поле молчало, лежало в бледной темноте. Воздух был сухой и теплый. Звезды в небе трепетали скромно и таинственно. И одни только кузнечики неутомимо стрекотали под окнами в чернобыльнике, да в степи отчетливо выкрикивал «пать-пальвать» перепел». Слышишь?

Соседка удивленно смотрела на Инну:

— Чудишь ты что-то.

— Нет, просто раньше, словно глуха была и слепа, а теперь вот прозрела. Это из рассказа Бунина «На хуторе», Сашка мой очень Бунина любит. И сам он писал рассказы, вы ведь никто его не знали. А поселенцы эти – они вовсе не сектанты, да и верят они все по-разному: кто в атеизм, кто в коммунизм, а кто и в Христа, но душу они будят. Сашка, когда оттуда приходил, совсем другим был, все мне про Ивана Бунина рассказывал, ведь он первый из русских писателей получил Нобелевскую премию. Читала и перед глазами вставали картины, которые манили, как может манить только родина. Писатель родом из этих мест, потому и поселились беженцы из города в Воронежской области.

— Смотри сама, — грустно сказала соседка, но в глазах женщины больше не читалось насмешки.


Календарный повод для статьи — Нобелевский день, когда проходит церемония вручения одной из самых престижных международных наград. Первым среди русских писателей Нобелевским лауреатом стал Иван Бунин

Постер дня

Елена Гвозденко
Елена ГвозденкоСпециально для Журнала Calend.ru