Чуткое сердце

12 марта

В Земляные Хутора поехали в пятницу. Василий Егорович просил отвезти его накануне, одиннадцатого марта.

— Не поеду я, внучок, на Прокопа Дорогорушителя в старину ехали только по крайней нужде.

— Тогда оставайся, никто тебя не гонит, погости еще,— предложил Роман.

— Не могу, мне почтальонша пенсию двенадцатого принесет.

— Денег тебе дам, поживи. Съездил в больницу, врачам показался – и сразу назад.

— Как же я останусь, у меня печка, поди, чуть топлена, соседка — бабка старая, ей бы со своей справиться.

— Не могу дед, работа у меня одиннадцатого, встреча вечером важная. Вот двенадцатого пораньше и поедем.

— Если важная… — расстроено тянул дед.

Двенадцатого Василий Егорович разбудил внука затемно.

— Поехали, утро уже.

— Какое утро, пять часов!

— Так и говорю, утро. Вставай, я уже и чайник согрел.

В начале восьмого, сонный Роман, зевая, выезжал из города.

Фото: alexkich, depositphotos 

— Жаль в вашем городе землицу не послушаешь, — говорил Василий Егорович, улыбаясь сменившемуся за окном пейзажу. – Как вы в нем живете, друг по другу ходите, душе тесно!

— Как это землю слушали?

— Ложились и слушали, коль шумела – земля просыпалась, дороги вскрывались, потому и дома сидели.

Прокоп он же дорогу рушит, а сам в сугробе увяз.  На Прокопия снег лежал-лежал, а потом в речку убежал.

— Вон, оказывается, кто в наших плохих дорогах виноват, — засмеялся внук.

- А и зря смеешься, город в вас чутье вытравил, глаза фантиками ослепил. А народ-то мудростью жил. Вот ты, ходишь бобылем, тридцать лет уже, а жениться не торопишься.

— А это-то при чем? Не встретил еще.

— Ну, может, сегодня встретишь, дорога-то на Прокопа непредсказуемая.

— Фантазер ты у меня, дед.

На фантазера дед обиделся, надвинул шапку на глаза и сделал вид, что спит.

Впереди замигали сигнальные огни. Надо же — ремонтные работы, одну полосу перекрыли – и это в пятницу, ждать теперь своей очереди. От остановки дед «проснулся», сдвинул назад старый треух и лукаво посмотрел вперед.

— Ну и что я говорил – Прокоп!

— У нас каждый день то Прокоп, то потоп,  — ответил внук. – А что ты веселишься, опоздаем к твоей почтальонше.

Но дед молчал. Наконец, проехали, Роман прибавил скорость, до деревни деда чуть больше пятидесяти километров, хорошо бы успеть до вечера обратно.

— Гляди, гляди, заяц! – крикнул Василий Егорович. От крика Роман съехал на обочину.

— Ну ты даешь, кричать зачем, а если бы в сугроб влетели?

— Так заяц же, если сегодня дорогу перебежит – быть беде.

— И что, перебежал?

— Нет, обратно в лесочек бросился, а это примета хорошая.

— Да уж, с тобой мы точно в неприятность попадем.

Одинокую женскую фигурку Роман заметил за несколько километров до поворота к деревне деда.

— Дед, глянь, ваша что ли?

— Не признаю, откуда у нас такие красавицы? Наши-то давно седьмой десяток разменяли. Ромка, останови, что она в сугробе-то сидит?

Но внука и просить не надо, сам уже пристраивал свою ласточку. Девушка выглядела странно — куртка испачкана, шапка сдвинута, шнурки одного ботинка развязаны.

— Девушка, вам помочь? – спросил из машины Роман.

Та подняла на него испуганные глаза и неопределенно кивнула. Василий Егорович оказался шустрее внука, уже стоял рядом с девушкой, держал ее запястье.

— Ромка, помоги, давай ее в машину, она ледяная вся.

Девушка не сопротивлялась. До дома деда доехали минут за десять.

— Давай, милок, веди ее в дом, а я печку пока растоплю.

На весело потрескивающей печке чайник закипел быстро. Дед хозяйничал, достал из буфета варенье, сушки, разлил горячий чай по кружкам. Гостья сидела на лавке, не раздеваясь.

Фото: Depositphotos

Зовут-то тебя как, милая? — спросил он у девушки.

— Вера, — тихо проговорила она.

— Как ты в сугробе оказалась?

— Ехала на блаблакаре, со мной еще три незнакомых парня. Под утро стали приставать, хорошо, хоть остановились, я от них в лес и сбежала. Шла до утра…

— А что такое это ваше бла-бла?

— Это вроде такси, договариваются, кому по пути, — объяснил Роман.

— Бедная, так надо в полицию.

— Не надо, сама виновата, вещей у меня там почти не осталось, мне бы телефон, мой разрядился, мне надо до города добраться.

— Так я скоро поеду, довезу.

Вера посмотрела на Романа и прошептала:

— Спасибо.

— Ну, Ромка, вот и судьба твоя, — шепнул дед, провожая.

— Скажешь тоже.

— Знаю, у меня сердце чуткое.

...Через год Роман с Верой сыграли свадьбу.


12 марта по народному календарю - Прокоп Перезимний, Дорогорушитель
Автор рассказа - Елена Гвозденко
Елена ГвозденкоСпециально для Журнала Calend.ru